Арион - журнал поэзии
Арион - журнал поэзии
О журнале

События

Редакция

Попечители

Свежий номер
 
БИБЛИОТЕКА НАШИ АВТОРЫ ФОТОГАЛЕРЕЯ ПОДПИСКА КАРТА САЙТА КОНТАКТЫ


Последнее обновление: №1, 2019 г.

Библиотека, журналы ( книги )  ( журналы )

АРХИВ:  Год 

  № 

ГОЛОСА
№1, 2018РћР…mber=156

Антон Азаренков



АВТОГРАФ

Дорогая мама!
Герой моей первой книжки
пьет и курит.
И часто болеет.
И изменяет женщинам, как твой первый
благоверный
«козел азаренков».
Герой этой книги много пьет
вина, красного и сухого;
пива, живого и темного.
И не герой, конечно, а так — субъект,
в меру упитанный, порой лирический,
особенно когда выпьет.

Ладно, мама,
знаю,
что дед Колька умер от этого,
что Витька умрет от этого,
что все мы стоим в этом, как в огне, в говне, в геенне...
Знаю. Ну а что с этим делать? От осинки
не родятся апельсинки.

Кстати,
Егорьевская церковь на Фурманова
теперь общежитие:
белье на фоне общипанной панорамы...
Старушка выводит из ветхого закутка
трех-четырех коз
и кособокого Боньку
пастись на церковной лужайке.
А когда тот залезает на чей-нибудь огород,
раздается окрест: «Бонька! Ти ты соусем оборзел?
А ну дывай тикай оттудава, кому скызала!
Получишь тут! У-у-у, козлище поганый, черт ты
лысый! Фашист проклятый, вредитель,
конченый...»


***
Этой рябью на черной воде...
И ноябрьским гулом.
Сапогом, поскользнувшимся в борозде,
заброшенным лугом.
У сквозного забора, в какой-нибудь слободе,
под какой-нибудь Вязьмой.
Навсегда, навсегда, навсегда-везде.
Налипающей грязью —
на колеса, копыта и сапоги —
черной, скользкой.
Этим замершим воздухом западни,
этой погодой польской.
От кольцевого шоссе
потусторонним гулом.
Под дождем с характерным пше
гаснущим поцелуем.
И строкою Целана. Ein Dröhnen: es ist...
И щавелевым лугом детским,
что теперь в полуснеге лежит, нечист,
и очнуться не с кем.
Этой рябью... и взвесью... и белой мглой.
Черно-белым военным снимком.
Это же не затменье, а свет контровой!
Кто-то, кажется, с нимбом...


***
Антошка, Антошка...
Будет твоя душа
как жареная картошка.
Вынут червивый клубень,
отмоют и приготовят
с пряным чесноком,
базиликом душистым.

Носят тебя, Антошка,
по воздуху за подтяжки —
от дома и до работы,
от работы до гроба.
Сучишь замлелыми ножками
во сне, а думаешь — по земле.

Ох, Антошка, Антоний,
Тоша, Антонция, Тонче,
Антон Александрович, Тоха —
кто ты для них еще?.. —
спи в теплой персти и прахе,
спи до последнего вздоха,
спи и не думай,
что ты прощен.

Па-рам-пам-пам.

 


<<  11  12  13  14  15  16  17  18  19  20 >>
   ISSN 1605-7333 © НП «Арион» 2001-2007
   Дизайн «Интернет Фабрика», разработка «Com2b»